В августе 42-го Красная Армия – под натиском превосходящих сил врага – вынуждена была с боями отступать к предгорьям Кавказа… Мы вряд ли сможем почувствовать, что пережили те, кто пытался отстоять нашу землю, но у нас есть архивы – с журналами боевых действий, справками и боевыми характеристиками. Благодаря этим бесстрастным фактам и сухим цифрам мы можем хотя бы отчасти прикоснуться к истории и восстановить хронологию событий 83-летней давности.
Продолжаем публикацию обзорного материала, подготовленного научным сотрудником Городского исторического музея Сергеем Безухом.
17 августа наступление продолжалось также в направлении Кура-Цице, Белой Глины частями 101-й пехотной дивизии, пехотным полком, предположительно СС «Великая Германия», и частями 4-го горно-стрелкового корпуса: «В результате исключительно упорных боев, неоднократных рукопашных схваток, доходивших до кулачных боев, смелых и решительных действий всего личного состава 81-й сбр, 12-го обптр (отдельного батальона противотанковых ружей, – прим. авт.) и 304-го опаб 151-го укрепрайона, влившегося в 81-ю стрелковую дивизию, полк эсесовцев был полностью разгромлен. Значительная часть противника, наступавшего в майках и трусах (в основном молодежь), не выдержала контрудара бригады и в панике бежала» [выписка из журнала боевых действий 12-й армии, стр. 29].
В 16 часов того же дня противник ударами со всех направлений овладел рабочим поселком Нефтеразработки (район поселка Кутаис), пытался взять хутора Веселый и Широкий. Совместно с 81-й стрелковой бригадой вела бои 68-я сбр: в районе дороги Кура-Цице – Кабардинская. После ожесточенных рукопашных схваток 81-я сбр отошла в район Три дуба; противник выбит из рабочего поселка Нефтеразработки.
К 20 часам враг занял Бакинскую и совхоз в 4 км севернее Саратовской. В 17 часов он силами до полутора батальонов, при поддержке артбатареи и трех самолетов, начал наступление на Соленый и Саратовскую. Главный удар принял на себя третий батальон 726-го стрелкового полка 395-й стрелковой дивизии. Отбив атаки противника, он был отведен за р. Псекупс. Исключительный героизм проявил командир отделения станковых пулеметов красноармеец Михаил Васильевич Соин (по другим данным, Соя). Его пулемет истребил до ста гитлеровцев. В итоге боя 3-го батальона противник потерял до двухсот человек, одну автомашину, три станковых пулемета.
В 17.00, согласно приказу штаба 12-й армии, 726-й стрелковый полк 395-й стрелковой дивизии оставил Саратовскую и с другими частями отошел на новый рубеж обороны. В боях отличились: командир полка майор Яковлев, комиссар – батальонный комиссар Цыбульков А., 2-й батальон 714-го сп (командир Шевченко).
В ночь на 17 августа, согласно распоряжению штарм 56, 76-я мсбр заняла оборону на развилке у Пензенской, перекрыв дороги к Саратовской и Горячему Ключу. В течение последующего дня части бригады боевых действий не вели, окапываясь в обороне. Части 30-й стрелковой дивизии под прикрытием 349-й сд, оторвавшись от противника, сосредоточились на новом рубеже: 35-й стрелковый полк – в Пескаве (район Пятигорского перевала), 256-й – в Пятигорском.
71-й полк 30-й стрелковой дивизии, во взаимодействии с 723-м и 726-м полками 395-й сд, с 5 часов утра 17 августа занял оборону в ст. Саратовской. С полудня до половины четвертого часа последние отражали атаку противника до двух батальонов пехоты и семи танков; враг рассеян. Его потери: один танк и до 150 человек личного состава.
С 18 часов противник подверг сильному артминометному обстрелу ст. Саратовскую и передний край и начал наступление силами до полка и батальона пехоты с двух направлений, с заходом в тыл нашей обороны; атака была отбита.
В 21 час 395-я стрелковая дивизия и 71-й полк 30-й отошли через Псекупс в Саратовской, взорвав за собой мосты. Только 71-й в этих боях уничтожил до 500 солдат и офицеров, а также один танк, три автомашины, пять станковых пулеметов, одну минометную батарею. Потери полка: шесть человек убито, 38 ранено, до 30 пропали без вести.
К утру 18 августа 395-я стрелковая дивизия 12-й армии заняла оборону по рубежу: Саян-Полана – изгиб шоссе 3 км юго-восточнее Ключевой, фронтом на северо-восток. 261-я сд с 521-м иптаб (истребительно-противотанковым артиллерийским батальоном) продолжали оборонять Ключевую, Горячий Ключ, Безымянное. 318-я стрелковая занимала район обороны хут. Киркорова – Афанасьевский Постик. 353-я – район обороны: Фанагорийское – Хребтовое – Тхамаха – Шабановское – Лысый Кутык.
9-я, 73-я, 125-я пехотные дивизии и моторизованная дивизия СС «Тотен-Копф» развивали наступление на юг и юго-восток. На участке фронта 76-й мсбр – силами до батальона пехоты и нескольких групп автоматчиков, при поддержке танков и бронемашин и двух минометных батарей – противник пошел в наступление от Ново-Могилевского на развилку у Пензенской. Но, встретив наше ожесточенное сопротивление и потеряв один танк, он остановился.
Обходя с тыла наши позиции, к 10 часам четыре танка и до роты пехоты оказались в тылу 3-го батальона 76-й мсбр, охранявшего дорогу Калужская – Пензенская. В результате боя 3-й отдельный стрелковый батальон уничтожил более 60 солдат противника и два танка. Потери батальона – 23 человека убитыми и ранеными, одна 45-миллиметровая пушка. К 12 часам, под давлением превосходящих вражеских сил, части 76-й мсбр начали отход с боем по дороге с Пензенской на отметку 477, где заняли оборону на северных скатах перевала. Противник овладел Пензенской и двинулся по направлению Горячего Ключа, отметка 477 (хребет Пшаф). В результате боя ему нанесен урон: три танка, одна бронемашина, до 300 солдат и офицеров. Потери бригады: 40 человек убитыми и ранеными, четыре противотанковых ружья и пушка.
Согласно записи в журнале боевых действий 56-й армии, противник овладел крупнейшим населенным пунктом Горячеключевского района – ст. Саратовской – в 16 часов 18 августа. 349-я стрелковая дивизия занимала оборону в двух км южнее станицы, в одном км юго-западнее развилки Пензенской, на южной окраине Калужской. 353-я сд – район Тхамаха – Шабановское.
В это же время 35-й полк 30-й стрелковой дивизии маршем проследовал в район перевала Пятигорского и совхоза Пескаве, где занял оборону. 256-й полк 30-й дивизии занял оборону севернее и восточнее с. Пятигорского, перекрыв дороги к перевалу Хребтовому.
Противник, силами до батальона пехоты, десяти танков и пяти бронемашин, начал наступление на позиции 35-го сп (три км северо-западнее совхоза Пескаве). Батальон отошел к совхозу, уничтожив в бою до 70 человек личного состава и две бронемашины. 71-й стрелковый полк получил приказ о выступлении форсированным маршем в район Черный аул, Папай, Лепрозорий (ныне Северский район); в 18 часов головой прошел Пятигорское.
Снова напомню о 261-й дивизии выпиской из боевого распоряжения от 16 августа:
«…В район изгиба шоссейной дороги 5 км ю-в Ключевая выбрасывается на автомашинах стрелковый батальон капитана Джералейко (прибывший из тылов дивизии); с ним орудий 45 мм – 2 шт., 76 мм – 1 шт. Батальон включен в 978 сп.
Район Ключевая обороняет 978 сп одним батальоном УР. Горячий Ключ и дорогу на Фанагорийское прикрывает 974 сп в составе 1-2 батальонов УР…»
Несколько противоречит приведенному документу в количестве подразделений, но по сути подтверждает его оперативная сводка от 17.08.42 г.: «…На основании приказа Штарм 12 части дивизии заняли район обороны: 978 сп – одним батальоном извилину дорог, что в 5 км ю-в Ключевая и двумя батальонами Ключевая; 974 сп – двумя батальонами Горячий Ключ и одним батальоном перекресток дорог у Лысая Гора…»
* * *
На этом месте сделаем паузу в военной хронике, чтобы отдать дань памяти подвигу одного из защитников Горячего Ключа, а точнее, защитниц. В нашем городе известно имя девушки-пулеметчицы, легендарной Люси, ценою собственной жизни, в одиночку, на несколько часов задержавшей вражеское наступление на окраинах станицы Ключевой. Известен подвиг и имя – и ничего больше…
Много десятилетий назад, еще почти «по горячим следам», исследователь военной истории К. Д. Еременко пытался установить личность этой девушки, принадлежность к воинской части и другие данные. Им направлялись десятки запросов в архивы и воинские части; он писал письма и встречался с очевидцами тех событий. Но ничего конкретного, кроме воспоминаний местной жительницы Ефросиньи Маляровой, рассказавшей о встрече с героиней, получить не удалось. Поэтому пулеметчица Люся и стала безымянной легендой обороны Горячего Ключа.
По косвенным данным, а также по результатам совместного анализа событий с краеведами и членами поисковых отрядов, можно предположить, что, наиболее вероятно, Люся была из состава той самой 261-й дивизии или из 151-го укрепрайона, который, как мы видели выше, влился в состав дивизии. Могла она быть и из числа других разрозненных отступающих подразделений и одиночных бойцов, потерявших связь со своими частями, которые в большом количестве вливались, в числе прочих, и в ряды 261-й дивизии. Могла быть и среди бойцов истребительных батальонов или бойцов ополчения из Краснодара, также зачисленных в эту дивизию (то есть одно другое не исключает). Как бы много мы ни строили предположений, все равно приходим к выводу о ее принадлежности к 261-й стрелковой дивизии. И лишь с малой долей вероятности Люся могла принадлежать другой дивизии – например, 395-й или 349-й.
Что еще приводит к таким выводам: в некоторых источниках ее имя упоминается в связи с оставленным боевым охранением батальона капитана Джералейко на окраинах Ключевой, с задачей задержать продвижение противника, пока основные подразделения дивизии отходили в горы. Поэтому чуть выше и приведена выписка из приказа с упоминанием имени командира батальона Джералейко. В любом случае такая версия мне видится наиболее вероятной. А со стопроцентной уверенностью мы вряд ли уже когда-нибудь сможем утверждать другое в отношении неизвестной героини пулеметчицы Люси.
